Из воспоминаний участника защиты Брестской крепости  Героя   Советского   Союза гвардии подполковника Мясникова

1960 г.

В 1941 г. я проходил службу в Краснознаменном пограничном отряде, куда прибыл из Орловского бронетанкового училища. В г. Бресте в мае 1941 г. я был направлен на пограничный остров (зап. остров), где располагалась пограничная застава с автомобильной школой до начала Великой Отечественной войны. С 21 на 22 июня я с рядовым пограничником Щербиной И. С. был назначен в наряд для охраны государственной границы Союза ССР...

Я был назначен старшим наряда. Неся службу, наблюдая за границей, мы заметили, с 12—00 21 июня сильный шум, передвижение авто­мобилей, конной тяги и шум танков поблизости от границы. Мною было доложено на заставу о замеченных действиях немцев. Я получил приказ усилить бдительность и наблюдение.

22 июня приблизительно в 3—40 нами было обнаружено выдвижение к железнодорожному мосту через р. Буг бронепоезда, который приблизительно через пять минут после того, как подошел к мосту, открыл артиллерийский огонь по крепости и железнодорожному вокзалу. Одновременно был открыт огонь артиллерии немцев по крепости и железнодорожному вокзалу и казарме пограничной заставы, притом артиллерийский огонь по заставе велся прямой наводкой, в результате чего крыша казармы сразу обвалилась и загорелась казарма. Немецкая авиация подвергла бомбардировке, одновременно с артиллерийской подготовкой г. Брест, крепость, остров и районы вокзала. После артиллерийской и авиационной подготовки немцы приблизительно через 15—20 мин. начали форсировать р. Буг в нескольких направлениях и использовать для переправы войск железнодорожный мост, по которому переправлялись же­лезнодорожные составы и танки. Одновременно форсировали Буг в нескольких местах  моторные  лодки  с  десантом. С  начала  форсирования реки и высадки десанта пограничники открыли огонь. Одновременно был открыт огонь по десанту подразделениями из крепости.

Завязались сильные бои. Немцы пытались на малых моторных лодках прорваться к крепости и высадить десант, но они были встречены силь­ным пулеметным огнем и были вынуждены отойти. В течение дня 22 июня немцы неоднократно открывали сильный артиллерийский огонь по западному острову и под прикрытием огня пытались высадить десант и форсировать реку, но успеха не имели, ибо благодаря мужеству пограничников все попытки врага были отбиты. В этот день пограничники переходили несколько раз в штыковой бой.

Днем, приблизительно в 13—00 22 июня, я попытался доложить на заставу о сложившейся обстановке, но связь не работала. Шли сильные бои с противником, боеприпасы были на исходе. Мы вели бои приблизительно до 15—00 22 июня... Когда немцы высадили десант на остров, мы открыли сильный огонь, но боеприпасы кончились. Тогда, используя гранаты, мы уничтожили до 30 немцев, но разъяренные фашисты, не считаясь с потерями, продолжали высадку десанта на остров. Ведя бои с превосходящими силами противника, мы оказались в полукольце. Используя складки местности, с боем стали отходить к дзоту.

В это время в направлении дзота немцев атаковало подразделение пограничников, которым командовал лейтенант Жданов. Сильным огнем из автоматов, гранатами и штыками немцы были отброшены с большими для них потерями. По приказу лейтенанта Жданова, который возглавлял командование, было приказано занять оборону и оборонять остров, для чего использовать насыпь над Бугом, оборонительные сооружения, огневые точки и дзоты на границе, и обороняться до подхода наших войск. Я с группой в 15 чел. занимал огневые точки на р. Буг и дзот у Северных казарм. Получил приказ оборонять указанный район. В течение этого дня нам пришлось вести сильные бои с превосходящим противником, который под прикрытием ночи пытался высадить десант на остров. Но фашистам так и не удалось овладеть островом. Ночью 23 июня лейтенант Жданов, с ним мл. техник-лейтенант сообщили нам, что мост через реку к крепости взорван и что мы окружены на острове, но нас прикрывают из крепости наши. Одновременно нам стало известно, что мы имеем потери в личном составе. Несмотря на это, лейтенант Жданов отдал приказ оборонять остров до подхода наших войск, использовать все оборонительные сооружения и дзоты.

Было приказано: боеприпасы в хранилище разобрать для ведения боевых действий, остальные перенести в дзот. С продовольствием обстояло дело плохо. Все, что было запасено в столовой на острове по приказу было распределено личному составу, а остальные продукты были перенесены для хранения в дзот.

Командный пункт лейтенанта Жданова был в дзоте. Утром 23 июня после артиллерийской подготовки немцы вновь начали форсировать Буг и пытались высадить десант. Бой длился более 2 часов. Фашисты успеха не имели. Тогда днем немцы открыли сильный огонь и дважды бомбили крепость и остров. После бомбардировки вновь начали высадку уже со стороны Брестской крепости, прикрывая десант огнем из танков, завязался сильный бой с превосходящими силами противника. Противнику удалось зацепиться за восточный берег острова. Сильным пулеметным огнем, огнем гранат и завершающим штыковым ударом немцы были сброшены с острова, понеся большие потери. К вечеру 23 июня немцы затихли, вели огонь с перерывами.

Ночью 24 июня к нам прибыл лейтенант Жданов, от которого мы узнали, что на острове обороняются несколько групп пограничников. Крепость и некоторые форты крепости обороняются нашими войсками, но связи как с крепостью, так и с погранотрядом и войсками мы не имеем. Лейтенант Жданов сообщил, что есть связь с пограничниками, которые были в окружении и вели оборонительные бои в районе аэродрома.

Ночью 24 июня лейтенантом Ждановым был отдан приказ двум по­граничникам пробраться к крепости и проникнуть туда для установления связи с крепостью. Пограничники были окружены немцами и в неравном бою погибли.

Утром 25 июня немцы начали вести сильный прицельный огонь со стороны крепости по острову и оборонительным сооружениям. В этот день был разрушен и сгорел гараж, склады и столовая. Фашисты вновь стали форсировать реку. Нам приходилось вести сильные и упорные бои и переходить в рукопашный бой. В результате боевых действий 25 июня мы потеряли убитыми и ранеными несколько человек. Вести боевые действия становилось все тяжелее — отсутствие медикаментов, ограниченное количество продовольствия и недостаток воды. Несмотря на все эти трудности пограничники мужественно дрались с врагом, в течение дня мы отбили 6 атак противника. Ночью мы узнали, что в результате рукопашного боя мы потеряли несколько пограничников убитыми и ранеными, в том числе погиб мл. техник-лейтенант, фамилию восстановить в памяти сейчас не могу.

Всю ночь с 25 на 26 июня мы готовились к ведению боя, пополняли боеприпасы. Продовольствие, которое было перенесено в дзот, в ос­новном состояло из капусты, моркови, сельди, картофеля и ограниченного количества разных круп. Хлеба почти не оставалось и он выдавался только раненым и ослабевшим. В течение дня мы вели сильные бои с фашистами.

27 июня немцы вели сильный огонь из артиллерии по дзотам и оборонительным сооружениям. После приблизительно 14 часов немцы пошли в атаку, до самого вечера велись ожесточенные бои. Немцы бомбили остров фосфорными бомбами, в результате бомбардировки было несколько очагов пожара, которые еще сильнее затрудняли боевые действия.

В ночь с 27 на 28 июня пошел сильный дождь. Немцы стали форсировать реку со стороны крепости и овладели небольшим плацдармом на острове. Но атакой пограничников немцы были сброшены. В результате упорного боя немцы понесли большие потери, но при этом больше половины пограничников погибло и было несколько человек раненых. Весь день 28 июня шел дождь, немцы вели огонь, но с большими перерывами.

В ночь на 29 июня лейтенант Жданов приказал организовать раз­ведку крепости и переправиться через реку, оставить оборонительные сооружения и занять оборону в районе пороховых складов, обороняться до наступления темноты и готовиться для форсирования реки вплавь. В течение дня шел с перерывами дождь. Немцы бомбили крепость, но только северную часть и остров.

По приказу лейтенанта Жданова все оружие убитых уничтожить, все боеприпасы забрать и распределить между пограничниками. Всех погибших похоронить.

В ночь на 30 июня лейтенант Жданов сообщил нам, что ввиду отсутствия продовольствия и очень ограниченного количества боеприпасов надо ночью оставить обороняемый остров, вплавь преодолеть реку, соединиться с обороняющими крепость войсками и занять оборону в крепости. Одновременно лейтенант Жданов сообщил, что остальные группы пограничников также оставят остров и займут оборону в крепости.

Лейтенант Жданов приказал весь лук и молодой картофель, который был посажен на острове, вырыть и раздать пограничникам для питания.

Ночью 30 июня по приказу лейтенанта Жданова была выделена ко­манда в количестве 6 чел., куда входил и я. Команду возглавил мл. сер­жант Баранов. Лейтенант Жданов отдал приказ переправиться через реку к крепости, разведать маршрут и крепость, попытаться соединиться со своими войсками, обороняющими крепость, и занять бастионы для обороны. Одновременно были установлены сигналы.

Под прикрытием темноты мы вплавь форсировали реку, пробрались к крепости юго-западнее моста, подойдя приблизительно 40—50 м к крепости. Все было тихо. Но когда мы подползли вплотную к крепости, немцы стали освещать крепость ракетами, открыли беспорядочный огонь из автоматов и пулеметов. Тогда мы открыли огонь, стали забрасывать гранатами казематы крепости. Мл. сержант приказал занять оборону и произвести разведку. Ведя наблюдение и осматривая крепость, мы обнару­жили в одном из казематов чуть живую пограничную собаку, которая была ранена в живот...

Скрытно мы пробрались к реке и переправились на остров. Доложили лейтенанту Жданову. После этого было приказано оставить обороняемый остров, переправиться через реку, занять оборону в крепости. Используя ночь, мы стали пробираться к крепости через реку, но не всем удалось форсировать реку. Мы были замечены немцами, которые стали освещать местность ракетами и открыли огонь, в результате этого боя многие погибли, имелись и раненые.

30 июня утром организовали круговую оборону. Нас осталось всего 18 чел., из которых трое раненых. Лейтенант Жданов поставил задачу: вести оборонительные бои и оборонять крепость до особого распоряжения. Все пограничники были сильно переутомлены боями, отсутствовало продовольствие, вода, обмундирование почти на всех было порвано и обгорело, а некоторые были вообще в нижних рубашках и полубосые, но продолжали вести бои с фашистами.

Лейтенант Жданов днем разъяснил нам сложившуюся обстановку и приказал соединиться с обороняющими крепость и организовать совместный скрытый отход, используя местность, и пробиваться к своим войскам.

С утра немцы открыли сильный огонь по крепости. Нами было замечено, что северо-западнее нас, где немцы вели огонь по крепости, была слышна перестрелка. В течение дня бой доходил до предела, немцы вели ураганный огонь, все обваливалось, сплошной дым. Немцы пытались ворваться в крепость, завязался рукопашный бой, но немцам не удалось выбить нас в этом бою из крепости. Еще три человека были ранены, я также был ранен. 6 пограничников погибло. Вокруг крепости валялось разбитое немецкое вооружение и уничтоженные фашисты.

Лейтенант Жданов собрал оставшихся. Ввиду того, что нас было всего лишь 12 чел., среди которых имелись раненые, боеприпасов оставалось очень мало, продовольствия совсем не было, предложил перебраться в южные казематы крепости, попытаться соединиться с обороняющими крепость.

Мы в течение ночи перебрались в южные казематы крепости западных фортов. Организовали оборону, вели разведку... Немцы кругом обстреливали и освещали ракетами крепость. В казематах крепости мы находили погибших наших пограничников, большое количество стреляных гильз, выведенное из строя оружие, окровавленное обмундирование и головные уборы.

Днем 2 июля немцы обстреливали крепость, а местами подрывали не­которые форты и бастионы. Весь день мы вели напряженные бои. Крепость местами обвалилась, в результате взрыва создавалось облако пыли с дымом, тяжелый воздух...

Немцы после обстрела и подрыва некоторых казематов пытались ворваться в крепость и уничтожить нас, но в результате боя были отброшены.

Особенно яркий пример героизма и стойкости проявил, как и все ос­тальные пограничники, рядовой Щербина, который, будучи повторно ранен, все время находился в бою. Когда днем 2 июля немцы попытались ворваться в крепость, овладеть ею, в этой опасной обстановке рядовой Щербина, несмотря на ранение, превозмогая боль, с гранатой в руке бросился на фашистов и взрывом гранаты уничтожил несколько фашистов. В этом бою рядовой Щербина был в третий раз ранен, но боя не покидал, как и все остальные пограничники...

Ночью со 2 на 3 июля нас осталось 8 чел., остальные погибли, из них 2 чел. ранены...

Где находились наши войска и где они вели боевые действия, мы не знали. Когда мы обороняли остров, то предполагали, что бои наши войска ведут за г. Брестом, а когда обороняли крепость, мы убедились, что боевые действия наших войск ведутся далеко за пределами города. В те­чение 4 и 5 июля велись ожесточенные бои с переходом в штыковой бой. Боеприпасы заканчивались совсем.

В ночь с 5 на 6 июля лейтенант Жданов предложил, так как вести бой было нечем, совершенно не было продовольствия и воды, под при­крытием ночи пробраться к церкви, потом пробиваться на южную окраину города о целью соединиться со своими войсками. Но если наши вой­ска далеко и за пределами города не окажутся, то было решено группами разойтись. Ночью под прикрытием темноты оставили обороняемые казематы крепости, скрытно стали пробираться в южном направлении крепости и к городу...

В подвальном помещении церкви обнаружили обороняющихся трех пограничников-кавалеристов, один из которых был ранен. У них мы узнали, что они обороняли крепость. Когда заканчивались боеприпасы и продовольствие, оставшиеся в живых группами стали пробираться к своим...

Так как вести бой было нечем, лейтенант Жданов предложил оставить церковь и пробираться к своим, используя темноту ночи. При выходе из церкви мы были обнаружены немцами, которые стали освещать местность ракетами и открыли по нас огонь. Началась перестрелка, завязался бой, который длился приблизительно 40—50 минут. Немцы пытались окружить нас, но в результате боя мы продолжали продвигаться в южном направлении... После боя мы четверо вышли в южном направлении, остальные пограничники во главе с лейтенантом Ждановым оказались либо отрезаны от нас в результате боя, либо пробивались в дру­гом направлении, а может быть в результате неравного боя погибли. Установить нам этого так и не пришлось, остались ли они в живых или геройски погибли в этом бою...

Используя оставшееся темное время, мы пробирались в южном направлении и утром 6 июля укрылись в посевах пшеницы. В результате тяжелого ранения пограничник-кавалерист к исходу дня умер. Нас осталось трое, пограничник Никулин, рождения 1919 г., по-моему, родом из Крымской области, и пограничник Сухоруков из Курской области... В ночь с 6 на 7 июля мы с наступлением темноты через посевы и заросли кустарников и тростников стали пробираться в направлении г.  Пинска.  Путь  был  очень  тяжелым,  мы  шли  по  Пинским  болотам, зарослям, питались овощами, которые нам приходилось добывать ночью. Иногда, в зависимости от местности и обстановки, мы продолжали пробираться и днем, особенно в Пинских болотах и зарослях. Но чаще днем мы укрывались, а в ночное время продолжали продвигаться. Все насе­ленные пункты, города, как правило, обходили.

В ночь с 13 на 14 июля мы вышли юго-восточнее г. Пинска, но признаков ведения боевых действий войск не было. Продвигаться становилось тяжелее, местность была незнакомая, плохое питание. Несмотря ни на какие трудности, мы решили продвигаться к своим войскам. Днем 14 июля, находясь юго-восточнее г. Пинска, решили продвигаться в направлении г. Мозырь. Маршрут движения мы избрали параллельно р. Припять, и так вновь начался наш тяжелый боевой путь. На второй день нашего перехода утром мы обнаружили на берегу в зарослях камышей рыбацкую лодку, на которой был установлен подвесной мотор.

В течение дня мы ознакомились с мотором и в ночь с 14 на 15 июля, используя лодку, продвигались вперед. На второй день нашего пути бензин кончился. Тогда мы пытались использовать весла, но ввиду ранений использовать лодку было невозможно. К тому же это было опасно, ибо фашистские моторные лодки все чаще стали появляться на р. Припять. Мы решили вновь пробираться пешком. Приблизительно на третий день перехода от г. Пинска мы обнаружили на берегу разбитую нашу моторную лодку, в которой мы обнаружили ряд документов и топографическую карту. По документам мы определили, что моторная лодка принадлежала пинской флотилии.

22 июля мы вышли северо-восточнее г. Мозыря, в течение дня ориентировались и в ночь с 22 по 23 июля мы стали пробираться через линию фронта. Ночью, когда мы проходили линию фронта, попали под огонь, в результате чего пограничник Сухоруков был повторно ранен. Приблизительно в 3 часа ночи нас забрало боевое охранение наших войск и доставило командованию. После оказания медицинской помощи и предъявления документов нас опросили и сразу отправили в госпиталь в г. Гомель. После меня эвакуировали в госпиталь в г. Курск, а Никулина и Сухорукова — в госпиталь в г. Воронеж. Так закончились наши боевые действия за пограничный остров и Брестскую крепость...

Герой Советского Союза гвардии подполковник Мясников